Приготовление наркозависимых к жизни на церковном приходе PDF Печать
Материалы - Реабилитация

Кого следует отправлять на приход, и на какой срок

 

Тому, кто направляет наркозависимого на приход или в монастырь, необходимо должным образом подготовить его к жизни при храме. От этого приготовления в значительной мере будет зависеть, насколько благоплодным окажется не только начальный период церковной жизни у наркозависимого, но и сложится ли он вообще.  Конечно, к неудаче воцерковления и церковные служащие не отнесутся, как к полной неудаче, и они согласны считать добрым результатом, если реабилитант в дальнейшем просто сможет жить без рецидивов наркотизации. Но для достижения хотя бы этого, более скромного результата, также потребуется правильно сориентировать  пациента на период его приходской жизни.

Подготовку лучше проводить

индивидуально с каждым из тех, кто выражает желание после реабилитации в мотивационном центре пожить на приходе. Сначала целесообразно выяснить его помыслы о приходской жизни, затем восполнить или исправить их, дав им правильное направление. В первую очередь требуется, чтобы бывший наркоман ясно понимал, с какой целью он едет на приход. Об этом следует  его самого расспросить, и именно ответ на этот вопрос будет определять, есть ли  вообще смысл отправлять его на приход.

 

 

Ответы на данный вопрос могут быть разными, однако, они должны выявить либо желание активного воцерковления, что предпочтительно, либо просто желание изменить себя к лучшему, усвоив иной стиль поведения, иной образ жизни в окружении православных людей. Желание менять себя, работать над собой дают основание для выезда на приход.

К сожалению, нередко наркозависимые смотрят на свое предполагаемое пребывание на приходе, как на отбытие должного наказания за преступное прошлое, как на временную тягостную добровольную ссылку ради успокоения своей совести, или для успокоения родителей и родственников. Часто именно родители желают отправить измучившего их наркомана пожить при храме, надеясь, что пребывание там пойдет ему пользу, или, просто желая еще немного отдохнуть от него, вынуждают его согласие на ссылку. Если мотивировка к жизни на приходе такова, то на приход такого пациента отправлять нецелесообразно. Приход не тюрьма и не каторга, не место где хоронят молодость. Конечно, для жизни при церкви могут быть высказаны и иные неблагословенные причины, здесь необходимо понимание.

На какой срок жизни при храме должен себя настраивать реабилитант? По согласному мнению на опыте изучивших проблему священников,- на достаточно длительный, где-то от полугода до полутора лет, а может быть и дольше. Но решать это будет он не сам, а в согласии со своим духовником. Отъезд без благословения духовника нередко приводит к нежелательным последствиям. Но и пересиживать на приходе тоже не следует. Духовник подскажет.

Здесь следует сделать одну оговорку. Наркозависимые (и их родители), как правило, уже ведают, насколько длительным должно быть их пребывание на приходе, так что внесение корректив в эти сроки встречает с их стороны неприятие (обиду, беспокойство, огорчение).  Но по приезде нового пациента на приход может выясниться, что данный приход со своим укладом, с наличным составом его насельников, не совсем подходит для реабилитации и воцерковления данного приехавшего реабилитанта. Или реабилитант со своими особенностями не вписывается в это братство, и не потому, что он плохой или бесперспективный, он другой, на ином месте ему, быть может, цены не будет. Поэтому пожелание приходского духовника переместить этого пациента не следует однозначно расценивать, как приговор и отвержение. Просто переместить. Хотя, действительно, бывает и так, что наркозависимый настолько нарушает жизнь прихода, что чем быстрее он отъедет, без всякой рекомендации о переезде на другой приход, тем лучше.

 

Что ждет наркозависимого на приходе, и чего ожидают от него.

 

Приходы, принимающие наркозависимых после их реабилитации в каком-либо мотивационном реабилитационном центре, могут значительно отличаться друг от друга. Не усложняя своей задачи, расскажу о том, что ожидает подающего надежды  выпускника такого центра на приходе, где я являюсь настоятелем и духовником, и понимания каких вещей нам, в идеале, хотелось бы видеть у него. Многое из сказанного будет справедливо и относительно иных приходов, но, наверное, не все. Прежде всего, несколько слов о нашем, Свято-Георгиевском приходе.

Приход расположен на северном берегу Горьковского водохранилища. С юга и востока доступ к нему ограничивают речные воды, с севера – леса и болота. Подъездная дорога с запада, ужасно разбитая, заканчивается перед речушкой Валы, перейдя которую по деревянному мостику, реабилитант входит в небольшое село Георгиевское. В селе не живет никто, кроме служителей храма. В числе этих служителей уже несколько лет нет представительниц женского пола. Костяк малого мужского братства составляют четыре монаха: игумен, иеромонах и два иеродьякона. Число реабилитантов, одновременно проживающих на приходе, колеблется от семи до девяти человек. По мнению монашествующих насельников, это идеальное место для работы над собой в служении Богу.

Понимания каких вещей хотелось бы видеть у каждого из желающих жить  с нами (не только у экс наркоманов)?  К чему их следует готовить? Для удобства разобьем дальнейшее на пункты.

 

1.  Необходимо, чтобы вся­кий приходящий на приход стремился слышать, чувствовать, понимать тех, кто живет рядом с ним, был способен почувствовать общую атмосферу прихода и не разрушать ее. Само вхождение должно пройти, по возможности, тихо, спокойно, чтобы пришедший смог увидеть, как здесь жили до него, увидеть нечто доброе, объединяющее братию, с тем, чтобы при своем вхождении не деформировать и не исказить сложившиеся отношения, напротив, обогатить приходскую жизнь богатствами своей души. Но это в идеале. А по минимуму  новый насельник не должен хотя бы грубо выпадать из общей жизни, хотя бы он мог воспринимать прозрачные намеки об ошибках своего поведения. Если начинать совместную жизнь с прямых замечаний и, не дай Бог, выговоров, то такая совместная жизнь не принесет никому ни радости, ни особой пользы.

2.  По приезде новичка устроят в какой-либо келье, объяснят, куда можно ходить, а куда ходить не следует, объявят распорядок приходской жизни. В отношении остального он в значительной степени должен ориентироваться сам. Кому и в чем подражать, от кого и чему учиться. Все, что запрещено братии, запрещено и ему, но не все разрешенное давним насельникам, - тем самым и ему разрешено. Это понятно, но детали лучше уточнять.

            Теперь главное. Если вновь прибывший будет спрашивать, то ему будут отвечать на его вопросы по силе разумения, а если не будет спрашивать, то едва ли кто станет набиваться ему в наставники, потому что состояние учителя трудно совместить  со смиренным мнением о себе. С другой стороны, практически всегда люди пропускают мимо ушей поучения непрошенных наставников, так что, пытаясь их образумить, только бросаешь слова на ветер, зря тратишь силы. Такие «назидательные» невостребованные речи подвижники расценивали, как пустословие. Даже духовник не будет навязываться с советами.  Еще менее настоятель, первая забота которого связана с тем, как совершаются богослужения, вторая, - как отладить внешнюю жизнь прихода, затем святая обязанность присматривать, чтобы отношения между  братьями были мирными, и еще целая  гора прочих забот. Основное беспокойство о своем спасении каждый должен проявлять сам. «Наше дело создать человеку условия для спасения, а спасается человек или нет - сам смотри»,- говаривал преп. Моисей (Путилов), настоятель Оптинский.

            На этом пункте многие спотыкаются. Новичок может почувствовать себя заброшенным, хотя это не так. До сих пор все лезли его учить: школьные преподаватели, родители, друзья, подруга, сотрудники реабилитационного центра, - он к этому привык, а на приходе не так. Например, делает он какое-то дело, и кто-то, проходя, глянет и не сделает никакого замечания. Новый брат решит, что это означает одобрение того, как он исполняет послушание, или согласие с тем, что он предпринял по собственной инициативе. Но для подобного вывода нет достаточных оснований. Надо было бы ему спросить, так ли  и то ли он делает, и тогда, неожиданно для него, мог бы услышать в ответ от брата, что не так и не то. Только в том случае, если его деятельность может закончиться бедой или значительным уроном для прихода или для него самого, его остановят, да и при этом, может быть, дадут еще время одуматься или спросить самому. Это пример относительно послушаний.

          Тем более надо научиться вопрошать о духовной жизни.

          Итак, с самого начала надо внимательно смотреть, вдумчиво слушать и обо всем спрашивать у могущих наставить. Иначе можно полностью дезориентироваться и безплодно потерять время.

3.    Еще одна вещь смущает реабилитантов: отсутствие похвалы после хорошо сделанного дела. Многие на приходе только и начинают трудиться, и каждое завершенное задание для них событие, а похвалы, кроме разве самого скромного одобрения, не слышно. От такого огорчения руки опускаются, и пропадает желание заниматься чем-либо. Но такова традиция братства: не строить благополучие прихода  посредством эксплуатации тщеславия  насельников.

4.    Подробнее о послушании. Пришедший спасаться на приходе должен настроить себя на исполнение каждой просьбы и настоятеля, и любого из братии. Ему дается возможность проявить свою любовь к живущим при храме насельникам самым убедительным образом: каждую их просьбу он пусть рассматривает, как обязательную к исполнению. Приказов и повелений никто на приходе не делает. Просто все положили себе за правило облегчать жизнь друг другу взаимно исполняя благоразумные пожелания ближних. Общую же заботу обо всех несет на себе настоятель, и потому его просьбы братья стремятся исполнять в первую очередь. Все происходит без нажима, просто, по-семейному. Если же кто-то из раза в раз пренебрегает, не обращает внимания на просьбы собратий и, особенно, на просьбы настоятеля, то это свидетельствует о том, что он не хочет жить с ними общей жизнью, ну тогда пусть и телесно отдаляется, переходит в иное место на жительство. И это его желание отдалиться должно осуществиться мирно, без ругани и без обиды с его стороны, как и на него никто не обижен, просто совместная жизнь не сложилась.

            Какие относительно послушания возникают недоумения? Первое, это то, что многие простую, в двух-трех словах без акцентирования произнесенную просьбу как бы вовсе и не слышат. Если на них вытаращат глаза, повысят голос, притопнут ногой, и притом пригрозят санкциями, то вот тут они поймут, что именно это и означает идти исполнять послушание. Но в такой форме данное послушание означает насилие над послушником, тогда как в смиренной просьбе насилия нет. Если вспомнить пункт первый, то и относительно него заметим, что в деликатном намеке также нет насилия, есть лишь оповещение брата о его промахе, а в замечании и, тем более, выговоре уже присутствует насилие. Но никто из ищущих для себя настоящего блага не желает проявлять насилия над ближним. А если какой брат упорно не желает жить в атмосфере взаимного внимания  и единения, то не разорять же из-за него сложившийся на приходе порядок жизни, пусть уж он сам поищет для себя место, где люди общаются между собою на очень понятном для него вызывающе жестком языке. В этом мы не можем пойти на уступки.

            Вторая, столь же частая и не менее опасная ошибка, относительно послушания, состоит в том, что люди, по большей части, полагают, будто главной целью послушания является достижение во всех делах максимального успеха, наилучшего результата, а целью является спасение, которое требует отсечения своей воли. Весь догматический смысл православной аскезы может быть выражен всего одной фразой: «Да будет воля Твоя, а не моя, Господи». С другой стороны, один из самых известных сатанистов прошлого столетия Алистер Кроули учит, что самый короткий путь к демонизации человека можно указать также всего одной фразой: «Делай, что хочешь».  Поэтому главное правило относительно послушаний на приходе гласит следующее: «Делай дела не так, как тебе кажется лучшим, а как просят это дело исполнить». Это действительно очень трудное правило. Вся натура бунтует, если мы знаем, как сделать данное дело и лучше, и быстрее, а нас понуждают выполнить его иначе. Или мы уверены, что не этим делом следует сейчас заняться, а совсем другим. Когда преп. Моисея Оптинского спросили, что всего труднее у вас в монастыре, то он ответил, что труднее всего послушаться.

             Некоторым облегчением данного «жестокого» правила является следующее снисхождение. Относительно всякого предстоящего дела насельнику позволительно один раз высказать свое мнение, если ему кажется, что он знает, как данное дело лучше выполнить, или мнится, что дело до времени надо отложить, или вовсе его не делать. Но после того, как брат выскажется, ему следует исполнить задание так, как попросят, независимо от того, прислушаются ли к его мнению или нет. Когда соглашаются с мнением брата, то это не является с его стороны непослушанием только в том случае, если, высказывая свое видение, он просто исповедал свой помысел, не споря и не настаивая на нем.

5.          Теперь о покаянии. У нас духовник приглашает вновь прибывшего брата на первую исповедь обычно недели через две по приезде. За это время новый насельник осмотрится, немного привыкнет, успокоится, получит возможность вновь направить внимание внутрь себя, что важно для прохождения данного таинства. Со своей стороны и духовник присмотрится к брату, начнет его чувствовать. Тем, кто входит в братство, рекомендуется пройти генеральную исповедь, рассказать обо всех значительных и значимых грехах, которые человек помнит, начиная с самого детства. И не только о грехах, но и о родителях, немного о близких друзьях, о важных, переломных событиях жизни, о своих интересах, о своей системе ценностей. Но это должен быть очень собранный разговор перед лицом Бога, ни в коем случае не болтовня. И духовник, и исповедник – оба находятся на суде, и оба должны хранить тайну своего разговора, что, увы, не все понимают. От духовника требуют хранения тайны, а от человека исповедавшегося – нет. Но, принимая у человека исповедь, духовник тоже взаимно открывает ему свое сердце, старается быть предельно искренним. Духовников очень часто предают.

           Человек, начинающий духовную жизнь должен иметь некоторое понятие о покаянии. В покаянии надо выделить две его составляющие: примирение с Богом и несение епитимьи за грехи. Первое происходит быстро. Если человек осуждает свое греховное прошлое и обещает вести добрую жизнь по заповедям, то через это сразу получает доступ к Богу и возможность полноцен­но участвовать в жизни Церкви (хотя многие духовники не считают излишним некоторых раскаявшихся грешников на более или менее длительное время удержать от причащения). Второе — болезненное несение назначенных Богом трудов покаяния — при всем старании и усердии раскаявшегося грешника, будет продолжаться долгие годы (относительно бывших наркоманов это неизбежно), потребует многого терпения. Причем духовное преуспеяние у людей, пресытившихся пороком, будет,  как правило, незначительным (то есть, это значит, что после совершения многих и тяжких грехов следует оставить мечты об особых духовных озарениях,  откровениях и дарованиях от Бога).

           В центре приходской жизни находятся настоятель и духовник. На большинстве приходов духовник и настоятель — одно лицо (так и у нас). Очень трудно быть искренним и поверять все самое скверное о себе человеку, как духовнику, если во многом зависишь от него же, как от настоятеля. Причем текущие свои проступки, даже незначительные, открывать гораздо сложнее, чем бывшие в прежней жизни, в ином месте и среди иных людей. Надо эту ситуацию заранее осмыслить, и, как это ни трудно, надо понять и принять, что на доверии к духовнику строится духовная жизнь каждого из братии и всего прихода в целом. Кроме понимания,  здесь потребуется немало мужества. Искренность и открытость необходимы. Но особенно сложно становится, когда поднимается внутренняя брань против самого духовника, а кого она временами не испытывает на прочность? Коренная братия знает, что после исповеди таковых помыслов расправа не наступит, хотя и они стараются выбирать выражения. А для новичка, да еще с печальным прошлым и неустойчивым настоящим, искренняя исповедь об этой брани почти немыслима, но уверяю - и большинство духовников со мной согласится - они не ошибутся, если решатся сказать духовнику, что, по временам, о нем думают.

            И последний момент в разговоре об исповеди. Во многих случаях участниками серьезного проступка становятся сразу несколько братий. Кто-то сразу сожалеет о содеянном и желает идти каяться, а кто-то не спешит с покаянием. Но в маленьком братстве при исповеди одного из братий, даже если тот не желает специально выдавать остальных (желает покаяться, а не наябедничать), духовник (он же и настоятель), вовсе не обладая проницательностью сыщика, может легко догадаться, кто еще и в каком качестве был участником означенного события. Не всегда, но часто. И тот, кто хочет покаяться, это понимает. Идти ли каяться? Если духовник старается быть отцом для подопечных, то - вне всякого сомнения и без промедления – да. Если же он явным образом отцом не является, то сразу на данный вопрос не ответить: в разных случаях могут быть приняты разные решения.

6.    Что следует делать, если насельник увидит согрешающим иного брата? Вопрос со всей обстоятельностью рассмотрен в четвертом поучении аввы Дорофея, необходимо процитировать это важное место.

          «Если случится кому видеть, что брат его согрешает, не должно презреть его и умолчать о сём, попуская ему погибнуть, не должно также ни укорять, ни злословить его, но с чувством сострадания и страхом Божиим должно сказать тому, кто может исправить его, или сам видевший пусть скажет ему с любовию и смирением, говоря так: "Прости, брат мой, если не ошибаюсь, мы не хорошо это делаем". И если он не послушает, скажи другому, о котором знаешь, что он имеет к нему доверие, или скажи старцу его, или авве, смотря по важности согрешения, чтобы они его исправили, и потом будь спокоен. Но говори, как мы сказали, с целью исправить брата своего, а не ради празднословия или злословия, и не для укорения его, не из желания обличить его, не для осуждения, и не притворяясь, что исправляешь его, а внутри имея что-либо из упомянутого. Ибо, поистине, если кто скажет и самому авве его, но говорит не для исправления ближнего или не для избежания собственного вреда, то это грех, ибо это злословие; но пусть он испытает сердце своё, не имеет ли оно какого-либо пристрастного движения, и если так, то пусть не говорит.   
           Если же он, рассмотрев себя внимательно, увидит, что хочет сказать из сострадания и для пользы, а внутренно смущается некоторым страстным помыслом, то пусть он скажет авве со смирением и о себе, и о ближнем, говоря так: совесть моя свидетельствует мне, что я хочу сказать для исправления брата, но чувствую, что имею внутри какой-то смешанный помысел, … - и тогда авва скажет ему, должен ли он сказать или нет.
…Когда кто говорит единственно ради пользы брата, то Бог не попустит, чтобы произошло смущение, чтобы последовала скорбь или вред».

7.          Едва ли найдутся такие невежды, которые не слышали, что Бог дал заповедь о любви. Но грешники умудряются толковать эту заповедь в свою пользу.  Например,  они полагают, что если им представится возможность пожить при церкви, то, несмотря на их прошлое и настоящее прескверное поведение, и Бог, и Его служители будут этих грешников всячески ласкать и ублажать, на их хамство и лень будут закрывать глаза, а с каждой их прихотью будут считаться. Смею уверить, что такого понимания любви, нет ни на каком приходе. Приходящий жить при храме не должен строить по этому поводу никаких иллюзий. Более того, многие слабости, на которые в светском обществе попросту не обращают внимания, на приходе будут встречены очень неодобрительно (к ним относятся, например, курение и жаргонный характер речи). К тому же нетрудно догадаться, что значительная, а, скорее всего, большая, часть служащих при храме людей сами делают только первые шаги на пути спасения, и потому очень далеки от совершенства в любви. Приходится и здесь быть готовым к самым неожиданным искушениям.

8.    Всякий человек испытывает потребность в различных вещах, но одни умеют обходиться малым, а другие нет. При отсутствии нужной вещи как надо поступить?  Можно необходимую вещь  попросить, но если откажут, тогда не смущаться и не роптать (мера новоначальных). Можно не просить, но ждать, пока ее предложат,  а когда предложат, тогда сразу с благодарностью принять (мера значительно преуспевших).  Можно, наконец, когда необходимую вещь предлагают, сначала от нее отказываться, но если продолжают уговаривать, тогда только согласиться и взять, славя Бога (мера близких к совершенству подвижников). В какой мере находятся приехавшие из реабилитационного центра молодые люди? Ответ очевиден, и потому будет очень хорошо, если они смогут устоять в пределах меры новоначальных, (те, кто долго живет при храме,  и они не дерзают на большее). На приходе действует общее правило: надо без стеснения сказать настоятелю или ответственному брату о всякой своей нужде, о любой возникшей бытовой проблеме. Но при этом надо быть готовым получить отказ. Если высказанную просьбу почему-то не исполнят или нужду оставят без внимания, - не следует ни огорчаться, ни смущаться, ни роптать. А в дальнейшем не надо бояться вновь о чем-либо просить вследствие этого  отказа.

9.    На приходе придется много трудиться. Во-первых, это объективно требуется для выживания прихода в современной ситуации разрухи и нищеты. Во-вторых, труд, правильно понимаемый, является первой ступенью на лестнице духовного делания, и через эту ступень нельзя перескочить. Святые отцы так определяют эти ступени: а) умаление грубых страстей в трудах послушания; б) псалмопение (устная молитва); в) умная молитва; г) созерцание. Первое соотносят с мерой послушников и благочестивых мирян, второе - с мерой мантийных монахов, третье - с мерой схимников, на четвертую восходят единицы из наиболее духовно одаренных подвижников. Знание этого поможет устоять против коварного помысла, что вновь прибывшего на приходе рассматривают лишь как рабочую силу. Если кто-то из реабилитантов не пожелает понудить себя на физический труд, не приобретет привычку прилежно трудиться, то он не только ни на шаг не продвинется в духовной жизни (что многих из них, впрочем, совсем не огорчает), но, вернувшись в мир, едва ли  устоит от рецидива наркотизации.

            Еще о труде. Опыт показывает, что люди, имевшие опыт наркотизации, довольно небрежны в обращении с рабочим инструментом и часто выводят его из строя: ломают не только сложные механизмы, но и лопаты, колуны, стамески, – все, что им дают в руки. Дело, сделанное их руками тоже нередко приходится переделывать. Сразу от этого не уйти. Приходится снова и снова терпеливо призывать их к бережному отношению к вещам общего пользования, к инвентарю, к порученному делу, приучать, чтобы они старались все делать аккуратно. Начинать говорить с ними об этом необходимо еще задолго до отъезда на приход.

10.     Чтобы уйти навсегда от жизни во грехе (в частности, от наркотиков), надо очень многое переосмыслить. Грешник наивно надеется счастливо устроить свою жизнь путем утеснения ближнего, пожить за его счет. Действенным стимулом к изменению такого ложного отношения к жизни является усвоение духовного закона о восприятии на себя грехов ближнего через ненависть или любовь к нему (подробно вопрос изъяснен у преп. Марка Подвижника). О восприятии через ненависть нужно сказать следующее: если мы причинили какую-либо досаду ближнему (обокрали, обесчестили, избили, живем за его счет насилием или хитростью и т. д.), то, по мере этой досады, грехи ближнего как бы переписываются на нас, и мы будем за эти грехи, вместо обиженных нами людей, расплачиваться. Так что слова Священного Писания о том, что любящий неправду ненавидит свою душу, можно понимать именно в этом смысле.

11.  О том, что на любом приходе неохотно мирятся с курением (а на некоторых не принимают курящих вовсе), я уже упомянул. Когда бросать курение? Еще до выезда на приход. Болезненный период, наступающий после оставления вредной привычки, должен закончиться вдалеке от храма. Если же время упущено, то не надо советовать выкурить последнюю сигарету перед отходом поезда. Не желательно, чтобы первые дни на приходе были тягостными. От этого может возникнуть устойчивая неприязнь к самому месту нового жительства и к его обитателям. Пусть пройдет две-три недели, и тогда, при моральной и молитвенной поддержке братии, бросить курение.

12.  При совместной жизни в приходской общине всегда найдется почва для разногласий, постоянно возникают разные недоумения, неизменно обретаются поводы для споров. Как в этих случаях себя вести, что диктует благоразумие? Даже если тебе кажется, что ты во сто раз более прав, все же  лучше уступить не совсем правому брату и не огорчать его, если в этом нет греха.

 Получилось двенадцать пунктов. На самом деле их больше. И каждый из означенных может быть изложен более пространно. Пусть это и сделают те, кто готовит наркозависимых к жизни на приходе. Трудно искалеченным грехом людям во всем этом быстро и в нужной степени разобраться. Тем более, если бывший наркоман не был к жизни при церкви подготовлен. Прибыв на приход, он не может сразу точно сориентироваться и совершает досадную оплошность. Если до него здесь начали совершать свое воцерковление  его друзья по несчастию, то к ним он и прилепляется, вместо того, чтобы благоразумно несколько сторониться их. У них он спрашивает совета, с ними делится переживаниями, рассказывает им о своей поломанной жизни, делит с ними досуг. Но этого делать не следует. На приходе надо жаться  к тем, кто научился шествовать по жизни, избегая греха. А относительно соблазнительных воспоминаний, относящихся к периоду наркотизации, следует придерживаться следующего: даже наедине с собой лучше побыстрее избавиться от них, надо настойчиво гнать их от себя. На приходе дается шанс дать жизни новое наполнение.

     В заключение необходимо сказать, что я не питаю той иллюзии, что стремящийся на приход  сразу все адекватно воспримет, если с ним обо всем означенном обстоятельно побеседовать. Но пусть он примет в свое сознание сказанное, как предварительную прививку, тогда правильно войти в жизнь прихода ему будет уже несколько легче.

     И самое последнее. Это обязательно надо донести до тех, кому мотивационный центр по реабилитации рекомендует пожить при храме. На приходе на приехавшего не смотрят, как на наркомана, а имеют добрый настрой обрести в нем нового брата. Греховное прошлое, коль скоро человек уходит от него, не будет поминаться ему. Грешником спасительно считать одного себя, а в ближних следует примечать не грехи, а образ Божий. Тот, кто благочестиво пожил среди приходских насельников, уже навсегда входит в их жизнь, остается в молитве братий, при желании всегда может приехать в гости, а, если в силах понести, то может и вовсе не уезжать с прихода.

Человеку дана власть самому сделать выбор: стать чадом Божиим, или же повернуться вспять и предпочесть вечной жизни с Богом свой грех. Бог не злопамятен, все плохое он готов забыть. Всегда есть возможность положить начало. «Когда скажу беззаконнику: "ты смертью умрешь", и он обратится от грехов своих и будет творить суд и правду, [если] этот беззаконник… будет ходить по законам жизни, не делая ничего худого, - то он будет жив, не умрет. Ни один из грехов его, какие он сделал, не помянется ему; он стал творить суд и правду, он будет жив». Иез. 33:14-16