Мысли о ВИЧ/СПИДе и противодействии ему PDF Печать
Материалы - ВИЧ

I                                                        

 

Впервые о СПИДе мне довелось услышать в 1984 году. Примечательно то, что человек, через которого я услышал о новой болезни, был православным священником. По смыслу он сказал мне следующее: «Сейчас в мире появилась новая болезнь. Она поражает иммунную систему человека и после этого он может умереть от самого пустяшного недуга. Передается эта болезнь таким образом, что заболевают ею почти исключительно наркоманы, гомосексуалисты, а также проститутки и их клиенты. Бог послал в мир такую болезнь, чтобы замедлить динамику распространения греха среди людей. Одни через страх заразиться  удерживаются от этих грехов, тогда как сами распространители духовной заразы избирательно наказываются смертью. Это служит образом того, что от грешников отходит благодать, которая духовно хранит человека, - подобно тому, как иммунная система телесно хранит его, - и после ухода благодати человек гибнет. Это очень своевременная и очень значимая болезнь». 

 

Думаю, что большинство православных о СПИДе и по сей день думает приблизительно также. Только  говорить об этом вслух, публично – не принято, потому что некоторые из слушателей тут же могут обвинить человека, выразившего подобный взгляд на болезнь, в жестокости сердца и в клевете на Бога. Но в этом мнении есть правда, хотя нельзя не согласиться, что ему сопутствуют вместе некоторое упрощение и однобокость. Возникает необходимость сказать хотя бы несколько слов в защиту людей, думающих так.

О приписываемой им «жестокости сердца». Если смертельно больному человеку сделают операцию и частично удалят пораженный раком орган, после чего он, становясь инвалидом, получает еще несколько лет жизни, то мы радуемся. Но радуемся, естественно, не тому, что ему укоротили один из его органов, а тому, что он не умрет вскоре, а еще поживет с нами после операции какое-то время. Аналогично и в отношении СПИДа: радость наша не в том, что ушли из жизни некоторые люди, хотя бы и носители греховной заразы, а в том, что вследствие их удаления из тела человечества, само это тело духовно оздоровилось. О погибели же данных грешников, действительно, можно только скорбеть.

Об их «клевете на Бога». «Санкционирует» ли Бог уничтожение грешников, возможно ли, допустимо ли думать так, говорить так?  Да, допустимо. Если бы было недопустимо, как же тогда понимать слова Писания о всемирном потопе, гибели Содома и Гоморры, как понимать повеление Израилю истребить нечестивые народы? Вот соответствующие цитаты из Священного Писания: «Я наведу на землю потоп водный, чтоб истребить всякую плоть, в которой есть дух жизни, под небесами; все, что есть на земле, лишится жизни». Быт. 6:17. «И пролил Господь на Содом и Гоморру дождем серу и огонь от Господа с неба». Быт. 19:24. «И поразил Иисус всю землю нагорную и полуденную, и низменные места и землю, лежащую у гор, и всех царей их: никого не оставил, кто уцелел бы, и все дышащее предал заклятию, как повелел Господь Бог Израилев». Иис. 10:40.  Не только для ветхозаветного времени, но навсегда справедливо следующее утверждение Писания: «очи Господа обращены к праведным и уши Его к молитве их, но лице Господне против делающих зло, чтобы истребить их с земли». 1 Пет. 3:12.

Но следует, наконец, сказать то же самое мнение о СПИДе точнее. Бог попустил явиться этой новой болезни ради вразумления грешников и для пресечения распространения нескольких крайне разрушительных видов греха. Но если Бог попустил возникновение СПИДа ради нашего блага, то не будет ли правильным устраниться от борьбы с этой болезнью? Нет, мы не только можем, но и должны включиться в борьбу с нею. Вот, что говорит по данному вопросу авва Дорофей: «

«Все бывающее бывает или по благоволению Божию, или попустительно, как сказано у Пророка: Аз Господь Бог, устроивый свет и сотворивый тму (Ис. 45, 7). И еще: или будет зло во граде, еже Господь не сотвори (Ам. 3, 6). Злом здесь названо всё, что отягощает нас, т. е. всё скорбное, бывающее к наказанию нашему за порочность нашу, как то: голод, мор, землетрясение, бездождие, болезни, брани - всё сие бывает не по благоволению Божию, но попустительно, когда Бог попускает этому находить на нас для нашей пользы. Но Бог не хочет, чтобы мы сего желали или сему содействовали. Например, как я сказал, бывает попустительная воля Божия на то, чтобы город был разорён, но Бог не хочет, чтобы мы - поелику есть Его воля на разорение города - сами положили огонь и подожгли оный, или чтобы мы взяли топоры и стали разрушать его. Также Бог попускает, чтобы кто-нибудь находился в печали или в болезни, но хотя воля Божия и такова, чтобы он печалился, но Бог не хочет, чтобы и мы опечаливали его, или чтобы сказали: так как есть воля Божия на то, чтобы он был болен, то не будем жалеть его. Этого Бог не хочет; не хочет, чтобы мы служили таковой Его воле. Он желает, напротив, видеть нас столь благими, чтобы мы не хотели того, что Он делает попустительно.
 Но чего Он хочет? Хочет, чтобы мы желали воли Его благой, бывающей, как я сказал, по благоволению, то есть всего того, что делается по Его заповеди: чтобы любить друг друга, быть сострадательными, творить милостыню и тому подобное - вот воля Божия благая».

Но чего Он хочет? Хочет, чтобы мы желали воли Его благой, бывающей, как я сказал, по благоволению, то есть всего того, что делается по Его заповеди: чтобы любить друг друга, быть сострадательными, творить милостыню и тому подобное - вот воля Божия благая

». 
  

В заключение остается добавить, что ВИЧ заражаются не одни только отчаянные грешники, но среди них немало совсем неповинных в употреблении наркотиков и никогда не предававшихся разврату людей. Этой болезнью болеют и от нее умирают даже вовсе невинные младенцы. Да и многие из грешников не навсегда погрязают в грехе, но оставляют его и оплакивают. Если в порочный период своей жизни они заразились смертельной болезнью, то как же не бороться за продление их жизни, когда они вступили на путь покаяния? И о погибели даже самых нераскаянных грешников подобает не радоваться, а скорбеть.

 Итак, православные по совести могут включиться в активную борьбу с этой смертельной болезнью, и вместе могут искренно благодарить за нее Бога, как и за всякое иное скорбное попущение Божие (голод, мор, землетрясение, бездождие, болезни, брани), данное нам на благо. Будем помнить утешение апостола: «сын мой! не пренебрегай наказания Господня, и не унывай, когда Он обличает тебя. Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает. Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами». Евр. 12:5-7.

 

II

 

В каких анти СПИД программах могут принять участие православные? После присутствия на нескольких семинарах по проблемам наркомании и СПИДа, для меня обозначилось, что наибольшие споры возникают относительно возможности участия православных мирян в программах по обмену шприцов и раздаче презервативов наркоманам (подчеркну: по обмену шприцов, а не по их раздаче, речь всегда идет только об обмене). Обычно те священнослужители, которые впервые слышат призыв благословить такое участие, категорически отказываются дать его. Но в дальнейшем часть православного духовенства соглашается с тем, что дать благословение на участие в программе обмена возможно, тогда как другая остается на прежних позициях категорического неприятия этой программы. Я отношусь к числу людей, переменивших свое первоначальное мнение. Хотя мне не удалось сразу найти логическое обоснование для интуитивно измененного решения, но, наконец, появились доводы для оправдания таковой перемены мнения. Эти доводы сегодня предлагаю Вашему вниманию и вместе Вашему суду.

Первое из мнений, возникающих против программы обмена, состоит в том, что она, если и будет давать снижение количества заражений ВИЧ, то вместе с этим будет прямо содействовать наркотизации населения. При таком раскладе, когда плюс и минус от внедрения программы гасят друг друга, остается неясным, что следует предпочесть. Но на самом деле, нет здесь проблемы выбора. Мы уже знаем о последствиях внедрения программы, так как в нескольких странах она вполне успешно запущена. Насколько мне известно, там, где она действует, количество заражений ВИЧ заметно снизилось, а вот умножения числа наркоманов при этом, с учетом погрешности наблюдений, не выявилось.

Второе возражение совсем другого рода. Пусть программа эффективна, но, участвуя в ней, не становится ли человек вместе и сам соучастником греха, против которого задумал бороться? Вспомним, что написано в 49 псалме (если вместо слова «вор» поставить здесь слово «наркоман», то кажется, что именно про наш случай написан текст): «Грешнику же говорит Бог: "что ты проповедуешь уставы Мои и берешь завет Мой в уста твои, а сам ненавидишь наставление Мое и слова Мои бросаешь за себя? когда видишь наркомана, сходишься с ним, и с прелюбодеями сообщаешься, - далее в псалме следует перечисление еще нескольких грехов, и в заключение Бог произносит приговор, - Ты это делал, и Я молчал; ты подумал, что Я такой же, как ты. Изобличу тебя и представлю пред глаза твои [грехи твои]»». Итак, обменивая шприцы наркоманам и раздавая им презервативы, берет ли человек грех на себя или нет? Вопрос совсем не праздный для человека верующего.

Поскольку презервативы могут более наглядно служить символом греха, чем шприцы, которые становятся орудием греха, лишь попав в руки наркомана, то для ответа на поставленный вопрос поговорим о презервативах. Прежде всего, прошу прощения у Бога и у всех присутствующих за те образы,  которые должны выявить искомый ответ. Помыслим презерватив, во-первых, на фоне храма или в пространстве храма, во-вторых, на фоне супружеской спальни или в пространстве супружеской спальни, в-третьих, на фоне борделя или в пространстве борделя. В храме презерватив немыслим, в храме он является не просто символом греха, но прямым кощунством. В супружеской спальне презерватив и символ, и орудие греха. А в борделе? На фоне борделя, который сам является цитаделью греха, презерватив уже как символ греха не проявляется, а в самом борделе он будет только средством гигиены. Из приведенного примера видно, что символическая и смысловая нагрузка любого предмета зависит от того фона, на котором он представлен. Еще пример. Просфора в храме и просфора в борделе. В храме это средство освящения, а в борделе ее присутствие становиться кощунством.

Вот теперь нам несложно будет ответить на интересующий нас вопрос. Бог задумал превратить весь мир в храм. Мы знаем, что святые так и видят мир: храмом Божиим. Как храм стремятся воспринимать мир и благочестивые пастыри и миряне. Но через диавола в мир вошел грех. Мир во зле лежит. И уродуемый  грехом мир в сознании многих, чем далее, тем более походит на бордель, а не на храм. Все большее число людей воспринимают мир огромным борделем. Мир духовно разделился. Одни стремятся к чистоте и святости, и по мере их освящения мир в их глазах становится храмом, другие избрали путь греха и нечистоты, и чем более они сквернятся, тем увереннее ориентируются в мире, как в ухоженном борделе. И если для одних мир есть преддверие рая, то для других – приемная ада. Священники со своей паствой и наркоманы - обитатели этих двух диаметрально противоположных духовных пространств. Соприкасаясь с миром наркоманов и проституток, человек соприкасается с адом. А на фоне ада чистые шприцы для инъекций героина и презервативы уже не являются призывом к греху (потому что те, кто в нем обитает - уже давно призванные и активные служители греха), там эти предметы просто сдерживают динамику самоуничтожения его несчастных обитателей, там они всего лишь средства гигиены. Сама их раздача греховным действием не является. Греховными могут быть намерение и цель человека, раздающего данные предметы. Например, наркодельцы прямо заинтересованы в том, чтобы потребители их товара подольше пожили, что явно положительно скажется на уровне их доходов. Но намерение и цель раздачи могут быть в равной мере и богоугодными. Если раздача преследует цель не только сохранить здоровье заблудших людей, но и, посредством встреч с наркоманами в процессе обмена, помочь им оставить грех, то такое намерение Бог благословит.

Нетрудно заметить, что в этом рассуждении допущены упрощения и проведено оно в очень контрастных противопоставлениях: света и тьмы. Сильно ли изменится вывод, если усложнить рассмотрение, введя в него все многообразие жизненных ситуаций, представить на месте служителей света и тьмы живых людей? Мне думается, не очень.

Перейдем теперь к общему взгляду на проблему наркомании. Общество наркоманов находится под особым попечением дельцов наркомафии и их отца диавола, приносит им фантастические доходы. Потому попытки спасения подсаженных на иглу людей неизбежно выводят решившихся на это деятелей к переднему краю борьбы со злом. И им важно уяснить для себя следующее. Многообразная борьба с наркоманией и сопутствующими ей явлениями (программа обмена только один частных случаев этой битвы) действительно может, и будет, ставить ее участников в ситуации, когда активное противодействие злу потребует от человека самого совершать греховные поступки. В буквальном смысле греховные поступки, а не просто «запылятся» сопутствующим любой  нашей деятельности налетом греховности. Так, например, когда мы садимся за обеденный стол, то зачастую объедаемся, наставляя других в благочестии – тщеславимся, исправляя виновных – гневаемся, в благочестивом по видимости и по содержанию общении с противоположным полом – не можем не погрешить против целомудрия, вынужденные заботиться о жилье и пище – впадаем в сребролюбие, в случае неудач – чрезмерно унываем, и так далее. При соприкосновении с миром наркоманов, жизнь которых перенасыщена грехом, мы, тем более, не можем не повредить нашей нравственной чистоте при всей благонамеренности наших изначальных намерений. Не об этом речь. В пределах земной реальности противодействие злу иногда вынуждает противников зла самих прибегать к греховным поступкам. В начале XX столетия в Русском обществе произошел глубокий спор по данному вопросу, который был сформулирован, как вопрос «о сопротивлении злу силою (насилием)». Не делая попытки наскоком изложить всю полноту означенной полемики, приведу здесь один из главных выводов, принятых церковной стороной. «В… деле нашей христианской обязанности ограж­дать наших ближних и весь мир от зла,… хри­стианский долг вынуждает нас скорее брать на свою совесть грех, чем, блюдя нашу личную чистоту и святость, из-за бездействия ока­заться повинным в торжестве в мире зла, с которым мы не вступили в борьбу. Христианин обязан идти на грех в своей внешней борь­бе со злом, т. е. в деле ограждения мира от зла, в том случае, если перед голосом совести грех бездействия будет больше греха, свя­занного с активным противодействием злу». (Здесь приведена цитата из книги «Свет во тьме» философа С. Франка).

Разберем наглядный пример из церковной истории. Позволю себе напомнить собравшимся житие преподобного Виталия. Преподобный Виталий, инок монастыря преподобного Серида, пришел в Александрию при святителе Иоанне Милостивом Патриархе Александрийском (609 - 620).

Святой, достигнув старости (ему было 60 лет), дерзнул взять на себя необычайный подвиг: он записал к себе в помянник всех блудниц Александрии и начал усердно молиться о них. Преподобный трудился с утра до вечера и зарабатывал каждый день 12 медных монет. Вечером святой покупал себе один боб, который съедал не ранее заката солнца. Остальные деньги он отдавал одной из блудниц, к которой приходил на ночь и говорил: "Умоляю тебя, за эти деньги соблюди себя в чистоте эту ночь, не греши ни с кем". Затем преподобный запирался с блудницей в ее комнате, и пока блудница спала, старец всю ночь молился, читая псалмы, а утром тихо уходил от нее. И так он делал каждый день, посещая по очереди всех блудниц, причем брал с них клятву, что они сохранят в тайне цель его посещений. Жители Александрии, не зная правды, возмущались поведением инока, всячески оскорбляли его, а он покорно терпел все насмешки и только просил не осуждать других.

Святые молитвы преподобного Виталия спасли многих падших женщин.

Вся правда о святом открылась после его кончины. Когда о смерти преподобного Виталия узнали спасенные им женщины, они собрались и только тогда рассказали о добродетелях и милости святого.

Зададим вопрос: почему святой брал с блудниц клятву не раскрывать правду о нем? Одна причина очевидна: поношения и уничижение от людей помогают подвижнику в духовном делании, тогда как слава и почет мешают. Но эта причина была не единственной, и, думается, не главной. Представим, что произошло бы, если б преподобный Виталий позволил открыто говорить о своей деятельности свидетелям? Содержатели блудилищь перестали бы пускать его даже на порог своих заведений, как разоряющего их дело. Сами блудницы избегали бы его посещений, потому что раз приняв его, рисковали бы на долгое время стать объектом язвительных насмешек со стороны представительниц своей профессии и прочей грехолюбивой публики. Притом и деньги принять от него им было бы уже крайне неловко. Так что деятельность преподобного по спасению падших женщин должна была бы закончиться в самом ее начале.

Но, утаивая правду о себе, преподобный совершал очень серьезный грех: он вводил в соблазн всю Александрию. Евангелие гласит: «Горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит». Мф. 18:7. То правда, что по его кончине соблазн закончился, но надо заметить, что далеко не все, кто был свидетелем соблазна, стали вместе и свидетелями прославления святого. Грех не был мнимым.

Читающих житие преподобного Виталия не смущает то обстоятельство, что этот аскет причислен Церковью к лику преподобных, несмотря на то, что главный подвиг его был сопряжен с грехом. Большинство этого даже не замечает. Да и надо ли предаваться сомнениям, если сам Бог явно прославил его пред людьми чудесами? Конечно, нет. Но вот задуматься над подобным фактом следует. Иначе в нашей жизни мы сами можем попасть в такую ситуацию, когда откажем в церковном благословении тем людям, которых движет на делание благодать Божия. И при этом будем непоколебимо уверены в своей правде по той именно причине, что это делание в нравственном отношении не выглядит безупречным.

Теперь вернемся от общего к частному: к вопросу о возможности для православных участвовать в программе по обмену шприцов. Если первое доказательство, (что участие в ней,  при добром намерении делателя, само по себе не греховно), - не является для кого-то достаточно убедительным, то, может быть, его несколько успокоит и удержит от крайнего неприятия программы только что приведенное философски – историческое свидетельство?

О самой же программе остается добавить следующее. Главная цель программы, для православных ее участников, заключается в попытке помочь наркоману оставить наркотики. Обмен же, сам по себе вполне приемлемый, позволяет вступить в контакт с наркоманом. Далее многое зависит от умения исполнителей правильно направить благое дело. Мне не хочется давать им советы, но от одного не могу удержаться. С самого начала следует узнать у пришедшего для обмена шприца наркомана его святое имя, узнать крещен ли он. Затем сказать ему, что церковная община, членом которой является вопрошающий, будет молиться о спасении этого потерявшегося чада Божия. А во всем остальном да помогут добрым делателям молитвы преподобного Виталия, и да пребудет с ними благословение Божие.

 

III

 

Когда человек впервые слышит о СПИДе, когда затем размышляет об этой странной болезни, то у него возникает некоторое мистическое чувство. Сказать, что СПИД – это попущение Божие за наши грехи, явно недостаточно. Для данной болезни - это слишком тривиальное утверждение. Есть неложное ощущение того, что Бог появлением ее о чем-то очень важном предупреждает нас. О чем?

Видимый мир символически отображает мир невидимый, духовный. Преподобный Максим Исповедник так говорит об этом: «Весь мысленный (духовный) мир таинственно представлен символическими картинами в мире чувственном для тех, что имеют очи, чтобы видеть. Весь чувственный мир заключен в мире мысленном». Не дерзну сказать о себе, что принадлежу к числу людей, имеющих ясное духовное зрение. Но, уповая на снисходительность собравшихся здесь людей, хочу поделиться тем, что мне видится через эту воззрение на эту болезнь.

По свидетельству Отцов телесные болезни вообще символизируют духовные недуги. Некоторые из болезней несут особенно большую символическую и смысловую нагрузку, например, рак или проказа (вспомним, сколько страниц Библии посвящены последней из упомянутых болезней). К числу таковых, несомненно, следует причислять и СПИД. Эта болезнь выводит из строя иммунную систему человека. Иммунная система хранит человека от гибели, когда к нему липнет какая-либо зараза. В духовном мире от духовной погибели хранит человека благодать Божия, помогающая не поддаться страстному влечению и впасть в грех. Поражение иммунной системы, по смыслу, символизирует снятие благодатного покрова.

Теперь вспомним, что говорит Писание о втором пришествии. «Молим вас, братия, о пришествии Господа нашего Иисуса Христа и нашем собрании к Нему, не спешить колебаться умом и смущаться ни от духа, ни от слова, ни от послания, как бы нами посланного, будто уже наступает день Христов. Да не обольстит вас никто никак: [ибо день тот не] [придет], доколе не придет прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога. Не помните ли, что я, еще находясь у вас, говорил вам это? И ныне вы знаете, что не допускает открыться ему в свое время. Ибо тайна беззакония уже в действии, только [не совершится] до тех пор, пока не будет взят от среды удерживающий теперь». 2 Фес. 2:1-11. По мнению большинства Отцов, под «удерживающим» наступление последних событий следует понимать действие Духа Святого в мире, его покров и защиту. Что тогда должно означать появление в недавнее время в мире болезни, которая символизирует отнятие благодатного покрова от людей? Наверное, то, что берется «от среды удерживающий» прежде. То есть мир выходит если не прямо на финишную прямую своей истории, то уж на последний круг - наверняка. И совсем не случайно эта болезнь вызвала такой переполох, выпустила в свет такое количество нелепых страхов, породила всеобщую озабоченность. В частности, собрала нас сегодня здесь.